mih224
54
3 дн назад источник

И снова про подводников

Сигнальщик

Старпом был невелик ростом, усат, изящен и интеллигентен в своем кругу. Вне его он был полным барбосом и иродом. Он закончил одесскую мореходку, а потом перешел в Военно-морской флот. Этакий новый Маринеско. Из-за хорошего английского его, еще гражданского моряка, направляли шпионом на судах почти во все порты мира. Проще перечислить страны, где он не был в должности четвертого помощника со спецзаданием, чем те, где он был. Я не мог понять этого безрассудного шага: сменить такую интересную работу на флотскую рутину?
Однажды он признался, что рапорт о переводе в ВМФ писал с большого бодуна, а потом о нем забыл. Их гражданское судно встретилось с военным кораблем в каком то иностранном порту. Обнимались, целовались, пили, переодевались в форму друг друга — военные в гражданское, гражданские в военное. Старпому так были к лицу погоны капитан-лейтенанта и китель, что к утру он с помощью друзей написал рапорт о переводе в ВМФ.
Конверт подписал просто: «Главкому ВМФ. Лично». а охламоны — военные отправили его секретной почтой в Москву. О письме он к полудню и не помнил.


А на флоте ничего не забывают. Писали — будьте любезны. Пришел приказ, и старпом сменил витые погоны моряка торгового флота на прямые, военные, со звездочками. Думать надо, что делаешь и кому пишешь.
Жили мы на лодке в одной каюте, общались тесно.
Он иногда напевал себе под нос песенку: » Знаю я где спят туманы, где ночуют ураганы, и когда цветут бананы на Канарских островах…» Поверьте, он знал.
Чего не знал, о том не стеснялся спрашивать:
— Викторович, а каков срок службы гитары, через сколько ее списывают?
На мой ответ, что через два года, но у нас гитара еще хорошая, он скептически покачал головой и загадочно сказал:
— Пока хорошая,- и вышел.
Время было позднее, после отбоя. Казарма затихла в расслабленной дреме перед тем, как утонуть в тревожном сне, вскрикиваниях и пускании ветров. Эта дрема называется удивительно метко: отход ко сну. Но откуда-то издалека доносились неположенные звуки, нарушая сонную идиллию и воинский порядок: как будто кота тянули за яйца, а он жалобно мяукал. Потом раздались крики, звон, звук гулкого удара и треск.
Разъяснение пришло само, в виде матроса Жандыбекова. Гитара украшала его шею, как жабо. Гриф сиротливо болтался где-то сбоку на уцелевших струнах. В спину его подталкивал старпом:
— Ну, как тебе «испанский воротник»? Сам сказал, что списывать собираешься, так я поспешил использовать ее в воспитательных целях, чтобы зря, без пользы не пропала. Нечего после отбоя музыкой баловаться, личному составу спать мешать. Верно, Жандыбеков?
У Жандыбекова, казаха по — национальности, глаза были почему-то круглыми и мутными, как у оглушенной динамитом рыбы. Ответить он явно не мог.
Ругаться я не стал, все было преподнесено красиво.
Жандыбеков тут же был наказан за порчу музыкального инструмента, освобожден из фанерной колодки и отправлен спать, а мы сблизились еще больше. Спокойно, циники, не надо гнусных намеков, только духовно.
— Чувствую, Викторович, сработаемся,- сказал старпом.
— А то,- сказал я.
Так удавшимся тандемом и служили.
Было прекрасное солнечное утро. Голубым цветом искрились склоны вулканов, их вершины были скрыты легчайшей дымкой, как кисеей, ослепительно блестел снег на дороге и обочинах, а мы со старпомом, наслаждаясь этой красотой, шагали к катеру на Петропавловск. Лодка встала к пирсу минной базы, но с минами что-то не заладилось, и пришлось дожидаться следующего дня. Получилось «окно», которое необходимо было заполнить полезными делами.
Я ехал в отдел технических средств пропаганды, чтобы передать две бутылки » шила» за киноустановку, загубленную прежним замом. Платить за нее в троекратном размере из собственного кармана (ремонту она не подлежала), мне не хотелось. Взыскивать деньги со старшего товарища, прорвавшегося в академию, тем более. Списывать ее было рано — сроки службы не вышли. Приходилось мудрить и откупаться. Старпом ехал в ателье, заказывать новую шинель.
Выполнив миссии, мы встретились у вечернего катера.
Когда мы прошагали два километра и вышли на пирс, нашей лодки там не было. Она стояла на рейде метрах в пятистах от берега. Ночевать на улице, — а мороз начал крепчать, — нам не улыбалось. Пришлось оценивать ситуацию.
На лодке есть сигнальщики, которые несут постоянную вахту на рейде и должны заметить наш сигнал.
На лодке есть доктор, по фамилии Туманов, который купил себе надувную лодку.
Задача проста и ясна — вызвать доктора на лодке, и мы дома.
Вопрос, как вызвать, решился просто. Перед въездом на территорию минной базы стояло КПП, на крыше которого был установлен прожектор.
Матрос с КПП, увидев перед собой двух офицеров, поинтересовался, кому и как о нас доложить. Мы сказали, что здесь проездом, инкогнито, поэтому докладывать никому не надо. А вот подсадить старпома на крышу, к прожектору, просто необходимо.
Старпом начал давать вызов в сторону лодки. Через десять минут с лодки ответили. Старпом просемафорил:
» Пришлите Туманова с лодкой».
С лодки ответили:
» Не понял, прошу повторить».
Повторив в седьмой раз и получив шесть раз в ответ ту же фразу, старпом начал звереть и рассказывать, что он сделает с боцманом, когда до него доберется, за плохую подготовку сигнальщиков по азбуке Морзе.
Правда, один раз мы получили вопрос: » Какой туман?», и начали лихорадочно сигналить, что не » туман», а » Туманова», но дальше последовало все то же: » Не понял…»
Холодало. Озверевший старпом передал раз пять слово » х…», спрыгнул с крыши и разразился отборнейшим матом в сторону боцмана, лодки, погоды, сигнальщиков, доктора, нашей незавидной судьбы, КПП, побережья, ВМФ, Камчатки и Бога.
Матрос с КПП, раскрыв рот, слушал эту многоэтажную тираду, и даже пытался записывать: старпом был настоящим мастером слова.
Не знаю, чтобы мы делали, если бы не «Уазик», в котором сидел командир минной базы. Им оказался мой старый и добрый приятель, еще с лейтенантских времен, когда я был помощником начпо по комсомолу, а он — командиром арсенала. Я никогда не плевал в командирский колодец, зная, что могу со временем оказаться в подчинении у любого из начальников, проверяемых мной сегодня, да и вообще не подличал. Это ценилось. Командир забрал нас в свой одинокий дом, чтобы скрасить одиночество (его семья жила в Петропавловске) и
наконец-то расслабиться (командиры с подчиненными пьют очень редко и не сближаются). Лодку, оказывается, отогнали по штормовому предупреждению. Не знаю, был ли шторм на море, но у нас штормило всю ночь — мы гуляли.
Правда, командиру часто звонили. Он брал телефонный аппарат и удалялся в другую комнату, извиняясь перед нами:
— Простите, мужики, опять особый отдел.
Нас это порядком утомило, и мы заставили командира признаться в причине столь частых вызовов. Оказывается, на побережье проявился вражеский резидент. Замечены световые сигналы в сторону моря, переданные неизвестным кодом. Расшифровано слово «туман», теперь выясняют, что резидент этим хотел сказать. Предложено объявить тревогу в части и искать резидента до потери пульса.
— Жаль, такую теплую встречу испохабили, придется заканчивать отдых.
Мы со старпомом переглянулись и захохотали. Командир базы решил, что у нас не все в порядке с мозгами: алкоголь иногда вызывает непредсказуемую реакцию организма. Давясь от смеха, я сказал:
— Командир, мы же подводники, мы этих диверсантов каждую неделю поймать пытаемся. Пока не везет. А вам повезло. Вот он, диверсант! — и указал рукой на старпома. Командир онемел, а старпом возмутился:
— Непонятным кодом, одно только слово удалось расшифровать! Матрос не только специальности не знает, но и военно — морского лексикона. Из всего богатства усваивает только
«х…ня», «х…вина» и «кандейка»! Вымирает военно-морское искусство! А особисты тоже орлы, семафор от шифра отличить не могут, крысы сухопутные! А самая большая сука — наш боцман!
Старпома опять понесло. Пока он разорялся, командир по телефону улаживал дело с особистом, объясняя причину сигналов. Особист не верил в конфуз и очень хотел, чтобы все же была объявлена тревога на всей флотилии. Его можно понять: эти ребята всю жизнь такого случая ждут, спят и этих шпионов видят, и когда удача наконец-то поманила, трудно поверить в очередное «зеро».
Командиру пришлось приглашать особиста на очную ставку с нами. Тот нехотя поверил своим глазам, но не отказал себе в удовольствии проверить наши документы, а потом, с тяжелым вздохом, удалился. На пороге он произнес:
— А я-то шифровальщице не поверил, что пять раз передано слово » х…». Я ей сказал, что у нее на уме «х…», — не замужем еще. А глядя на вас, товарищи офицеры, удивляюсь тому, что вы еще что-то, кроме этого слова, передать умудрились.
Старпом возмутился:
— Не надо передергивать, это было три бутылки шила и пять часов назад, тоже мне, психолог!
Командир, примирительно помахав рукой, закрыл дверь за особистом, и мы продолжили.
В шесть утра лодку подпустили к пирсу. Мы долго обнимались, расставаясь, быть может, навсегда. Командирский «Уазик» доставил нас до вчерашнего КПП.
Вчерашний же матрос неожиданно поклонился нам в пояс:
— Ну, спасибо Вам, товарищи офицеры! Теперь я знаю, что такое наручники и застенки Родины, меня всю ночь допрашивали и били. А я даже не знал, кто Вы и откуда взялись. Излагал, как все было, а мне не верили. Я рассказал, что пришли два офицера, один украинец. Вы же назвали свою фамилию — Конгнито, я запомнил, хоть и трудная. На «о» заканчивается, значит, украинская. А они кричали, что только дурак не отличит чистокровную американскую фамилию от хохляцкой,- и захлюпал носом.
Старпом по-отечески похлопал его по плечу и по-доброму утешил:
— Не плачь, матрос! В тридцать седьмом тебя на рассвете уже расстреляли бы, а тут даже с вахты не сняли. Тебе повезло, по сравнению с теми, кто вчера мои сигналы прочесть не смог. Вот за них помолись, сынок! — и решительным шагом направился к лодке. Ясно видимый спиртовой шлейф стелился за ним, как плащаница русского витязя, спешащего ввязаться в бой с печенегами.
Через два часа боцман и сигнальщики знали азбуку Морзе лучше, чем ее изобретатель.
То, что Туманов купил лодку в прошлый приход в Петропавловск, и оставил ее дома, во внимание принято не было. Предупреждать надо.
Он тоже был наказан, несмотря на то, что доктор, а скорее всего, именно за это.
Автор Андрей Данилов.

(Отредактировано в 2016-12-02 13:40:07)
комментарии ↓
1Ыыы 2016-12-02 13:40:02 # Ответить
+6
мало раз слово хуй передали
Lewii63 2016-12-02 13:40:02 # Ответить
+3
Хорошая байка))) за флот и за подводников полюбому зеленка
Papindoss 2016-12-02 13:40:02 # Ответить
+3
Зелёнка за коллег
Модя 2016-12-02 13:40:02 # Ответить
+1
Шила то заслали на КПП матросику?
Chumpass 2016-12-02 13:40:02 # Ответить
0
Очень даже неплохо. За флот и текст зелень!
sosed4848 2016-12-02 13:40:02 # Ответить
0
Шикарно!!!
mitya79 2016-12-02 13:40:02 # Ответить
0
Прекрасный ог, жаль ругательства не описаны в оригинале - зелень!
Bris2 2016-12-02 13:40:02 # Ответить
+3
Цитата
Конверт подписал просто: «Главкому ВМФ. Лично». а охламоны — военные отправили его секретной почтой в Москву. О письме он к полудню и не помнил.А на флоте ничего не забывают. Писали — будьте любезны. Пришел приказ, и старпом сменил витые погоны моряка торгового флота на прямые, военные, со звездочками. Думать надо, что делаешь и кому пишешь.

Навеяло (простите за боянистость, может кто-то не читал):

"Я уже упоминал тут комдива Лиепайской ОВРы Гаврилова. Несмотря на
суровые будни (не зря известная поговорка имеет полноправный вариант
«Попал в ОВРу - не чирикай»), этот старый просоленный мореман
(прикиньте, сколько времени надо, чтобы просолиться в пресноватых водах
Балтики!), отличался отменным чувством юмора и никогда не лез за словом
в карман. Вот один такой случай.

Наверное, в каждом соединении есть свой деревенский дурачок. Обычно все
над ним подтрунивают, любят разыграть, но всегда не злобно, любя. Был и
у нас такой, мичман Вася, служил аккурат на нашем пароходе под чутким
управлением Жени - командира. Не то чтобы у Васи умственное развитие
остановилось в семилетнем возрасте, специалист-то он был неплохой,
просто имелась у него удивительное свойство характера - абсолютно всему
верил. Бывало, скажут ему: "Слышь, Вася, там на плац слона привели,
дежурное отделение его уже помыло из шлангов, сейчас кашу понесли,
кормить будут. Сходи, присмотри, чтобы моряки не обидели животное, да
сами кашу не слопали". И Вася с загоревшимися глазами бежал защищать
бессловесную тварь… Ну, это так, присказка.

Разгорелась тут заваруха между Эфиопией и Сомали. Все газеты были полны
сообщений, как героические прогрессивные эфиопы противостоят реакционным
трусливым сомалийцам, поддерживаемым (на свою голову, как впоследствии
оказалось:) не менее реакционной американской военщиной. Вот мичманюги и
завели в своей кают-компании при Васе разговор на тему, мол, так и так,
набирают наши войска в Эфиопию воевать. Офицеры идут охотно, моряков
никто не спрашивает, а вот мичманов - недобор: зарплата куда меньше
офицерской, а пулю в лоб схлопотать - шансы те еще. Ох и загорелся Вася
- я бы пошел! Ну, что, говорят ему, пиши рапОрт, да только смотри, дело
это секретное, заморбличь там все, а то знаешь, особисты не дремлют.
Вася взял лист бумаги и под диктовку опытных товарищей накропал на имя
комдива примерно следующее: "В связи с тем, что я хорошо переношу
повышенную температуру, прошу Вас направить меня для дальнейшего
прохождения службы в войска одной из африканских стран". Подписался,
дату поставил, секретность соблюл - ну все как положено, комар носу не
подточит. Женя, наш командир, уже давно ничему не изумлялся, рапОрт
визой снабдил и понес комдиву. Гаврилов одел очки и, не успев даже
дочитать до конца, тут же наложил историческую резолюцию:
"ДОБРО. ЗАЧИСЛИТЬ В ПАПУАСЫ. ВЫДАТЬ ИНДИВИДУАЛЬНУЮ ПАЛЬМУ ДЛЯ ТРЕНИРОВОК.
ГАВРИЛОВ"
swiridoxyew 2016-12-02 14:35:19 # Ответить
0
Отличный рассказ! И видимо на 100% правда.
lbmega 2016-12-02 14:35:19 # Ответить
0
Убило наповал
Zulich 2016-12-02 14:35:19 # Ответить
0
Пахнуло ностальгией и Покровским
изпрошлого 2016-12-02 14:35:19 # Ответить
0
Флот - не только союзник, это плот от плоти, кровь от крови русского человека! Это сосредоточие всего лучшего, что есть в России!

Разве кто-либо, кроме флотского, ну на худой конец Пушкина, смог бы вот так сказать:

Ясно видимый спиртовой шлейф стелился за ним, как плащаница русского витязя, спешащего ввязаться в бой с печенегами.
utimig15 2016-12-02 18:30:13 # Ответить
0
Написано шедеврально! Спасибо!!!
kontrist33 2016-12-02 14:35:19 # Ответить
0
Хорошо написано
Yohn17 2016-12-02 15:30:02 # Ответить
+1
"Шила то заслали на КПП матросику?" - А кто Вам сказал, что матрос должен быть доволен? Матрос должен быть уеблен! Как сказал кто-то из великих - "матрос должен непрестанно испытывать чувство вины." Так-то... шила... матросу... на КПП... кхе.
otto67 2016-12-02 15:30:02 # Ответить
0
А еще почитать у этого автора есть что-нибудь похожее?
Сказка, конечно, но красиво, Мне не хватает внимания со стороны окружающих. Обнимите меня, кому не лень. однозначно
Trolliv 2016-12-02 18:30:13 # Ответить
0
Спасибо порадовали :) хорошим слогом написано! Тяжёлая пятница вечер и такой подарок :) просто блеск.
Бортинж 2016-12-02 20:05:23 # Ответить
+1
Возможно было здесь, не серчайте.
Как ни странно - с авиафорума:

Время-конец 70, начало 80. Место - Средиземное море. Участники - 5 оперативная эскадра ВМФ СССР. Советское военное присутствие в Средиземном море осуществляет 5 ОпЭск, в составе кораблей ЧФ, БФ и СФ. Больше ЧФ. БПК СФ приходит на смену в Средиземку. На борту БПК мощное авиакрыло, в составе: 1 вертолет Ка-25, 2 летчика, 1 штурман, 4 техника (1-вечный старлей и 3 прапора). Техники живут в каюте (клетушка с 4 коечками, 2 шкафчиками и одним маленьким столиком) на второй палубе, с одним иллюминатором (по простому - ломатором).
По прибытии ожидается визит командира эскадры на корабль. Для чего – понятно, думаю, всем.
На корабле легкая паника, нескончаемые приборки, инструктажи и подкраска всего, что снаружи, что изнутри. Чем занимаются красные соколы (авиагруппа), во время этой паники - самым разумным, т.е. не мешают личному составу корабля готовится к 'половому акту'. А именно, отдыхают, практически не показываясь из кают. Но командира авиагруппы, опытного командира отряда, все-таки отлавливают и инструктируют, тыча при этом в морду Корабельным уставом. Командир отряда должен сделать то же самое с авиагруппой. Но так как он уставший, уже месяц в море, инструктаж проводится только с летным составом. А чего его не провести, если летчики живут в одной каюте (слегка двухкомнатная, куча шкафов, большой стол с огромным угловым диваном) на первой палубе, с 2 ломаторами.
В процессе проведения инструктажа, летчики забывают о техниках, ну некогда, мы же Корабельный устав изучаем, там статей много - каждая практически готовый тост. А без тостов нельзя, иначе просто пьянка.
Командир отряда вспоминает о техниках, только когда по корабельной боевой трансляции, диким голосом орут: 'Через 5 минут на борт прибывает командир 5 ОпЭск'.
Летчики срываются, бегут на вторую палубу. Пинок в дверь каюты технарей. Картина Репина 'Приплыли'. Топоры висят косяками, карты (не полетные), огрызки, объедки. Они не изучали Корабельный устав, они опытные знали, что его нужно только повторить. Довершает картину Репина, стандартная пепельница, стоящая на палубе каютки. Она же, слегка спиленная гильза, от 76 мм снаряда, добросовестно набитая 'косяками от топоров, остатками карт (не полетных), огрызками, объедками. Из уст опытного командира отряда повторяются диким голосом слова корабельной боевой трансляции: 'Через 5 минут на борт прибывает командир 5 ОпЭск'. Технари изображают стойку, старлей (Зам.Нач. Авиагруппы по ИАС-когда еще стартех будет Замом по ИАС), докладывает: 'Зчасз, будють порьядок, минуту ждатьььь!!!'. Удовлетворенные летчики срываются, бегут на первую палубу, конопатиться и шхериться (от слово шхера-небольшое пространство, коих очень много на военном корабле и где можно переждать любой катаклизм) в своей каюте. …К борту БПК подходит белый катер (на Флоте все серое, кроме Флотских командиров и их Командирских катеров). Играет горнист по трансляции, командир БПК и прочие встречающие в белой парадной форме, стоят вдоль борта, изображая отдание воинской чести. На катере все в белом - крючковые, рулевые, командиры катеров, их помощники, заместители командира 5 ОпЭск, штабные и т.д. То есть многие, кто хочет участвовать. Белый катер швартуется у трапа. Командир 5 ОпЭск вступает на парадный трап, визг горниста переходит в апогей…
… Сколько нужно времени для приборки каютки опытным технарям, да немного. Завершение приборки - очищение пепельницы. Как она очищается - выброс содержимого в ломатор.
…Командир 5 ОпЭск делает пару шагов по парадному трапу (ломатор каютки технарей, как раз располагается на уровне середины вывешенного парадного трапа), в это время из ломатора вылетает содержимое пепельницы 'косяки от топоров, остатки карт (не полетных), огрызки, объедки. В белоснежный китель, со всеми регалиями бьется мощный заряд. Занавес. Немая сцена. Горнист заглатывает мундштук, командир БПК и прочие встречающие заглатывают все, что можно заглотить, сжимают все, что можно сжать. Командир 5 ОпЭск, в сильно потерявшем лоск, уже не белоснежном кителе, молча разворачивается и сходит с трапа в белый катер. В оглушающей тишине катер отваливает от парадного трапа и уходит. Опытные технари, наведя военно-морской порядок в каютке, конопатются и шхерются, изображая здоровый сон. Через мгновения дверь в каютке вылетает напрочь. В нее врывается банда матросов и мичманов, наперегонки втягивая шланги и кабеля всевозможных сварочных аппаратов. Через мгновение ломатор закрыт и наглухо заварен вместе с затемнителем и броняшкой. Через мгновения по корабельной боевой трансляции, диким голосом орут: 'Командиру бля:, авиагруппы бля:, прибыть бля :, в ходовую бля:, рубку бля:'. И долго эхо корабельных шхер повторяло: бля:ля:ля:бля:ля:' P.S. За 5 месяцев Средиземки БПК ни разу не зашел в порты Югославии, Ливии, Сирии и других дружественных СССР стран. Это была мстя. Пройдя Гибралтар, выйдя из зоны ответственности 5 ОпЭск, состоялось торжественное взрезание ломатора. И завершение приборки - очищение пепельницы, стало проходить в штатном порядке.
Sprtbck 2016-12-02 20:05:23 # Ответить
0
за флот зелени всегда!
годные буквы)))
nikkolo 2016-12-02 21:35:07 # Ответить
0
как то по прочтении явственно кошка вырисовывается, с лампой зелёной ессно!

1. в трезвом уме и здравой памяти ни один военный не будет без нужды семафорить на рейд "Рыбачьего"
2. зная кто и как охраняет базу, думаю старпом и с крыши слезть не успел бы.
3. особисты это такие ребята, которых на словах не разведёшь, тем более без последствий.
gnom166 2016-12-02 21:35:07 # Ответить
0
Плакал...Ржал и плакал... Стиль Александра Покровского! Морякам подводного флота респект! Служил в Большой Лопатке (Западная Лица) на РТМе. Вспомнил молодость!
Пивной живот болит от смеха. Жена шипит- разбудил, ей завтра на работу. Думаю простит...
© Hodor 2009 – 2016
Пользовательское соглашение
Правила
Яндекс.Метрика